Ах, судьба моя, судьба

Со старожилом  поговорить, что из колодца родниковой воды напиться…Кто-то из великих сказал: «Каждый человек – это мир, который с ним рождается и с ним умирает». Сколько их осталось, свидетелей тех далеких лет, за спиной у которых «гул атак, годы тяжких трудов и битв»? Успеем ли их навестить, поговорить… Им много не надо, как в песне поется: «В края луговые уводит дорога, уводит в речные края. Как мало мне надо, как надо немного, жила бы деревня моя…» И живут наши сибирские села и деревеньки, благодаря старожилам, которые не могут бросить места родные, где прошла их молодость, где они вырастили своих детей, где любили и были счастливы. И сегодня, накануне Международного женского дня 8 Марта, непременно хочется рассказать о женщинах-труженицах, чья нелегкая судьба связана с нашим сибирским краем.

Рассказ первый

«Милые девочки, не поддавайтесь старости…»

-А что, ветер на улице? – вместо ответа на наше приветствие услышали мы из глубины комнаты.

-Да нет, тихо, спокойно…

– А каким же ветром вас занесло? – вот так встретила нас жительница села Макарово Зинаида Сергеевна Хорошева, которая родилась 4 ноября 1922 года, «в Казанскую», подчеркнула она, очевидно, намеренно.
Через несколько секунд все дружно смеялись: мы, удивляясь чувству юмора 91-летней женщины, а она, в свою очередь, тому, что удалось нас разыграть. «Я Скобельская, хотя корни мои в Воронежской области. По вербовке отец уехал на Дальний Восток, а мама с тремя детьми поехала следом, да по дороге заболела и умерла. Остались мы втроем – мне было 15 лет, брату Володе 12, маленькой сестре Вале – 4 года. От Усть-Кута на барже доехали до Скобельской, сошли на берег – куда деваться?

Жизнь в колхозе

Помог нам Семен Николаевич Хорошев – хороший мужик, привел нас в пустой дом, принес булку ржаную да кислого молока, наелись и «попадали», уснули.
В Скобельской вышла замуж за Артемия Ивановича Хорошева, вскоре переехали в Макарово. Жизнь была очень трудная, устроилась работать в колхоз, а на кого было надеяться? Жала, снопы вязала… Милые девочки, – все прошло… Спать лягу – все вижу, будто во сне: как осиротели, как жили. Трудно было, но интересно: на вечерки пешком бегали в Усть-Киренгу. Дружно жили, все вместе – и в песне, и в радости, и в горе.

Я заводилой была. «Где Зинаки? – искали, если песню запеть надо было. Почему Зинаки? Да младшая сестренка так выговаривала мое имя, и вся деревня подхватила…» Помолчала и вновь: «Милые девочки, не поддавайтесь старости – ну ее… я вот не могу сидеть, что-то делать надо… пойду за дровами, крыльцо высокое – растеряю, полена два в итоге принесу. Я бы и снег вывезла со двора – не могу…».

Не жалуется Зинаида Сергеевна, сын Миша помогает, да все самой хочется сделать. А сил-то нет. Рассказала нам Зинаида Сергеевна о своих детях, их у нее четверо, о внуках и правнуках, о том, что сыновья в Иркутск зовут к себе, но она отказывается – как Мишу оставлю… Коля, старший, говорит: «Мама, живи долго, а то забудем тропинку в Макарово. Тянет в родной край».

На стене, как принято, висят портреты, где Зинаида Сергеевна и Артемий Иванович молодые. Дорога память, бережно хранят ее старые люди: «Фотографии лик на стене – Отпечаток далекого прошлого. Я стою перед ней, как во сне, Чем-то светлым на миг завороженный…»

Вот так и мы постояли у фотографий, вглядываясь в лица тех, кто много работал, много страдал, а от общения с ними легко и светло становится на душе, и верно, будто родниковой воды попил…

-Зинаида Сергеевна, а песню? И в ответ:

-Ах , судьба моя, судьба, ах судьба, ах, судьба моя, скажи, почему, ах, судьба моя, разлука-судьба, я ответ никак найти не могу…

Мы тепло распрощались, как будто знали друг друга давно. Проходя мимо окон, услышали стук, оглянулись – Зинаида Сергеевна машет нам приветливо рукой…

Рассказ второй

«Нас расставили, рассадили, чтобы тихо себя вели..»

А вот Хохлушина Екатерина Федоровна – чистая сибирячка! 19 февраля 2014 года ей исполнилось 92 года! С чем мы ее и всех родных от всей души поздравляем!

Родилась Екатерина Федоровна в деревне Сукнево в большой крестьянской многодетной семье, в которой умели и любили трудиться. Самые яркие воспоминания Екатерины Федоровны связаны с трагическими событиями в жизни их большой деревенской семьи да с теплыми воспоминаниями о родителях. Не миновало лихо тех лет их семью с четырнадцатью детьми: « Мне было 9 лет, когда нас по чьему-то доносу ( чуть позже поясняет – бедняки-лентяи написали анонимку) раскулачили и «разбросали» всех по разным местам: отца и старших братьев отправили на Слюдянские рудники, а маму, Варвару Ивановну с младшими детьми на баржу погрузили и на Маму.

Так много нас было на барже – стоя стояли впритык, не повернуться. Высадили нас на каком-то острове – строений нет. Сгородили балаган – столбики, а на них крыша из коры, нары сплошные, пол земляной. Вот в таких условиях жили до осени. Овощи садили. Но самую маленькую сестру Дашу не уберегли – умерла. Каждый день умирали дети. В берегу вырывали ямку – в ней хлеб пекли…Там мы прожили полтора года, вернулись в Сукнево.
После войны уже вернулся старший брат без ноги, а два погибли на фронте. Тятя-то был хозяйственный, старшие братья работящие, умели работать, по-новому сеяли, две лошади у нас было. Братья возили продукты на север. Завидовали нам, вот и донесли. Приезжал из Киренска представитель, говорил, что неправильно раскулачили, разберутся. Когда мы вернулись, дом наш был разграблен, все растащили. Пол был изрублен.

Снова надо было поднимать свое хозяйство – от кого помощи-то ждать? Мама была трудолюбивая да хлебосольная, солидная, одета скромно: длинная юбка, сверху фартук, на ногах чирки. Отец смекалистый – в огороде все всегда посажено, все пышет. Ни на что они не жаловались…»

Расстояние, вёрсты, мили

Рассказ Екатерины Федоровны часто прерывается, передохнув, она вновь и вновь возвращается к сказанному, торопясь «выплеснуть» боль и страх маленькой девочки, на долю которой выпало столько страданий, потерь и расставаний, как у Пастернака:
«Расстояние, вёрсты, мили. Нас расставили, рассадили, чтобы тихо себя вели по двум разным концам земли…»

К разговору присоединяется дочь Екатерины Федоровны Нина Ивановна: Варвара Ивановна, бабушка, из Сполошино родом, из семьи Старцевых. Все в их семье были рукастые, как бабушка рассказывала, отличались от всех – «брызжет» из глаз доброта, веселость! Я любила бабушку за мудрость, многому она меня научила, муку сеять, тесто заводить.

Помню хорошо поля – как колосья красиво шевелились…Особую пшеницу выращивало звено Сукневское – колосок большой и два сбоку, по 38 центнеров с гектара. Хлеб пекли белый, вкусный! Деревни нашей уже лет тридцать нет, а до сих пор люди картошку на тех землях садят – земля благодатная. Мама у нас застенчивая была, а папа артист, в спектаклях участвовал. А голосище был у него! Играл и на гармошке, и на балалайке. Почему и поженились с мамой – на вечерке познакомились, она тоже петь любит. И нас приучили».

Энергия движения

Одиннадцать деток родили Хохлушины Иван да Екатерина. Дочери в основном все окончили Киренское педагогическое училище, Галина, например, 45 лет работает в школе! Любовь Ивановна Виноградова, – заведующая клубом в селе Петропавловское. Видимо, она в бабушку Варвару Ивановну – «брызжет» из глаз доброта и веселость! Петропавловцы о ней говорят: «Затейница, организатор всего семейства. В ней энергия движения всей семьи. Клуб – ее детище. Огородница страстная, цветочница, хлебосольная хозяйка. Спрашиваю, кто так красиво березки нарисовал в фойе клуба? Кто же, как не Любовь Ивановна, отвечают. И хор при клубе есть «Селяночка»,звание «Народный» имеет! А в состав его входят сестры да племянницы Любовь Ивановны.

Как она сама говорит: «Мы богаты племянницами – все певучие!» Не удалось мне пока услышать хор «Селяночка», а вот Екатерина Федоровна любимую песню Варвары Ивановны напела:
«Зачем сидишь до полуночи у растворенного окна? Кого ты ждешь, о ком страдаешь, заветных песен не поешь?…»

Талантливых и трудолюбивых детей воспитали в семье Хохлушиных. А как же иначе, если все в их роду этим славились! И память, и традиции бережно хранят все годы не только о дедах да прадедах, но и о земле родной с любовью говорят!

Рассказ третий

«Усть – Киренгские подружки»

Девятый десяток разменяли Иванова Валентина Ивановна и Ляпунова Людмила Александровна, жительницы деревни Усть-Киренга. Валентина Ивановна и родилась, и состарилась. А вот Людмила Александровна прибыла из Казачинско-Ленского района с родителями, когда ей было лет восемь. И обосновалась многодетная семья Ляпуновых в Ляпуново. Обе больше говорят о том, как дружно жили, какой народ был работящий, много скота держали, сеяли, пахали, баржи приходили – картошку сдавали.

Вспоминают, как жили на покосах по три бригады, хлеб вязали «с темна до темна», а на вечерки ездили в Балашово. Для сельского клуба лес сами заготовили и переплавили из Ляпуново в Усть-Киренгу, а строить бригаду нанимали. Сожалеют – сожгли клуб-то… Умели и работать, и веселиться.

Дети и внуки

«Соберемся на берегу – я и на гармошке, и на гитаре, и на балалайке умела играть, а частушек сколько знаю – целая тетрадка где-то», – вспоминает Людмила Александровна.

А сейчас молодежь выпивает да дерется. И вдруг задорно:
«Трактор пашет, трактор пашет, трактор в поле тарахтит. Это мой миленок пашет – под березонькой храпит!»
«Мы все сами делали, – продолжает певунья, – и грибов успевали наломать, и ягод набрать, и лес шкурили, и дрова заготавливали». Спрашиваю, а какие фамилии коренные? Перечисляют: «Рыковы, Скретневы, Ивановы. Много дворов было, а сейчас выйдешь на скамеечке посидеть – никого нет, опустела деревня некогда шумная да веселая…»

К Валентине Ивановне на все лето внуки да правнуки приезжают на отдых. А что не отдыхать-то – лес, тишина, река-красавица, воздух чистый – рай да и только! Да вот рушится все – некому поднять завалившиеся заборы, поправить покосившиеся дома…

Жила бы деревня моя

Сильно сокрушаются по этому поводу наши героини, но не унывают: Людмила Александровна рукодельничает – покрывала то лоскутные сошьет, то вязаные, кругом салфетки кружевные да коврики крючком плетеные – умели рукам заделье найти наши бабушки да дедушки! Это у Евтушенко:
«Я так хочу под пенье поддувала прижаться к бабкиному локотку, чтобы она Россию вновь сшивала по лоскутку, по лоскутку..»
Узнав, что глава поселения приехал, «захорохорилась»: «Жаль, болею, а то бы все высказала!» Так нам выскажите, говорю, а мы передадим. И высказала главную претензию Людмила Александровна: приезжали с мэром в прошлом году, а фотографии до сих пор нет! Ну что тут скажешь, как в песне:
«Как мало мне надо, Как надо немного, жила бы деревня моя…»

Накануне Международного женского дня 8 Марта мы желаем Вам, дорогие труженицы, сибирского здоровья и долголетия! Трудности и испытания Вас сделали сильными, природа родного края и любовь к людям, к жизни душевной красотой Вас наполнили! Желаем Вам тепла людского да внимания, да сердечности дорогих Вам родных людей!